Саммит ЕС: обсуждение Brexit с треском провалилось


 

В Брюсселе 17-18 октября прошел очередной саммит ЕС, основным вопросом на котором было обсуждение выхода Великобритании из состава этого объединения (Brexit). 

Если верить официальным сообщениям, то лидеры 27 остающихся в Евросоюзе государств отметили, что «несмотря на интенсивные переговоры, было достигнуто недостаточно прогресса» в диалоге с Великобританией об условиях ее отделения от ЕС. Такова официальная формулировка.

Но если говорить обычным языком, то переговоры по Brexit на саммите в Брюсселе попросту провалились, т. к. ни к какому компромиссу сторонам прийти так и не удалось. Более того, «развод» с Великобританией и вовсе откладывается на неопределенный срок. После встречи Совета ЕС в Брюсселе было принято решение повременить с созывом экстренного саммита по Brexit, который ранее был запланирован на 17-18 ноября. При этом было решено, что консультации по выходу Соединенного Королевства из ЕС продолжатся в ближайшие недели, так как прорыва в переговорах пока не наблюдается.

Причем многие лидеры Евросоюза обвинили в провале переговоров по Brexit исключительно Терезу Мэй, которая к саммиту в Брюсселе так и не смогла представить конкретных предложений по выходу из кризиса между ЕС и Великобританией. Не случайно в этой связи британский премьер-министр покинула в среду вечером Брюссель, не сказав журналистам ни слова.

А главным нерешенным на сегодня вопросом остается режим таможенного контроля границы между остающейся в Евросоюзе Республикой Ирландия и выходящей из сообщества в составе Соединенного Королевства Северной Ирландией. Обе стороны хотят сохранить прозрачность этой границы для людей, товаров и услуг, но как это сделать, не нарушая целостность европейского таможенного союза (единого рынка), который покидает Великобритания, Брюссель и Лондон еще не решили.

При нынешнем раскладе ЕС исходит из того, что Северная Ирландия останется в европейском таможенном союзе, а между ней и остальной территорией Соединенного Королевства будет создано подобие таможенной границы — backstop. Однако такой сценарий категорически не устраивает Лондон, где опасаются ренессанса ирландского сепаратизма. В качестве альтернативы предлагается создать в Северной Ирландии свободную таможенную зону, что, в свою очередь, возмущает Евросоюз: ведь в таком случае британские предприятия фактически получат карт-бланш для сохранения преимуществ свободного рынка.

Правда, следует отметить, что даже если бы Терезе Мэй удалось найти общий язык с коллегами в Брюсселе, велика вероятность, что готовое соглашение не поддержат на ее родине. Даже в собственной партии у премьера-консерватора есть как сторонники более мягкого сценария выхода (с целью снизить издержки от финансового разрыва с ЕС), так и оппоненты, обвиняющие нынешнего главу британского кабинета в потакании политикам с континента. Среди последних — экс-глава британского МИД Борис Джонсон, который отстаивает «жесткий» вариант Brexit. В условиях отсутствия консенсуса внутри самого британского политического истэблишмента высока вероятность, что ни один из проектов соглашения не будет утвержден в парламенте страны.

Если договориться не удастся к декабрю текущего года, то соглашение не смогут вовремя передать на утверждение европейским парламентам, а значит, к 29 марта 2019 года — финальной дате  выхода Соединенного Королевства из ЕС — Лондон и Брюссель придут без документа о разводе. В этой ситуации определенным компромиссом могло бы послужить продление еще на год т. н. «переходного периода», который главный переговорщик от ЕС Мишель Барнье предлагает продлить до 1 января 2022 года. Но пока не решен и этот вопрос.

Отрадно отметить, что лидеры Евросоюза на своем саммите не обвинили Россию в провале переговоров по Brexit. Как говорится, и на том спасибо. Ведь в последнее время на Западе, особенно в Великобритании, именно Москву принято обвинять во всех смертных грехах, при этом не приводя никаких доказательств.

Стоит подчеркнуть, что на завершившемся только что саммите ЕС не был решен и вопрос с преодолением миграционного кризиса. В частности, Евросоюз до сих пор не достиг никаких успехов по созданию фильтрационных центров для прибывающих мигрантов. А все потому, что Италия требует от Европы максимальной финансовой помощи, наибольшее число мигрантов по-прежнему прибывает туда. Венгрия же вообще отказывается кого-либо принимать. Причем ни Рим, ни Будапешт на компромиссы идти не собираются. Поэтому, когда все так плохо, нужно искать врагов на стороне, например, Россию. На этом очень настаивала Великобритания и смогла убедить в этом вопросе Нидерланды и Францию.

В итоге в повестке дня саммита появился вопрос о введении санкций за киберпреступления. Повод — якобы имевшая место кибератака на Организацию по запрещению химического оружия (ОЗХО) в Гааге, которую приписывают России. В свою очередь Лондон заявил, что российское ГРУ якобы организовало серию кибератак на политические институты, бизнес, СМИ и спортивные организации по всему миру. Однако к явному разочарованию британской стороны выяснилось, что за кибератаками (удивительное дело!) стоит, возможно, не только Россия, но и другие страны.

Опасения европейских функционеров понятны. В мае 2019 года должны пройти выборы в Европарламент, которые очень важны для будущего всей Европы. И вот решение Евросоюза по этому вопросу: лидеры ЕС просто поручили разработать возможности реагирования на кибератаки путем введения ограничительных мер. К явному неудовольствию Лондона наказывать Москву сегодня не стали. А отдельный вопрос по России и антироссийских санкций и вовсе был снят с повестки дня ЕС как минимум до декабря.