ЦБ впервые раскрыл данные о том, какие отрасли российской экономики являются основными клиентами теневого финансового рынка. По трети объема приходится на строительство и оптово-розничную торговлю, еще четверть — у сектора услуг По итогам первого полугодия 2018 года в лидерах среди потребителей теневых услуг оказались строительная отрасль с долей 30% и оптово-розничная торговля с долей 33%. Основную часть спроса в торговле формирует сектор строительных и промышленных товаров (20% от общего объема спроса), на торговлю товарами народного потребления приходится меньше 13%. Ощутимую долю занимает и сектор услуг: услуги (кроме логистики) — 21% рынка, логистические услуги — еще 6%. К теневым финансовым услугам ЦБ относит «операции, направленные в конечном счете на обналичивание денежных средств либо их вывод за рубеж по фиктивным основаниям в целях ухода от уплаты налогов, легализации преступных доходов и в коррупционных целях», пояснили РБК в пресс-службе регулятора. Что прежде мешало ЦБ отслеживать отраслевую структуру Раньше ЦБ не оценивал, как распределялись доли потребителей теневых финансовых услуг. Это было практически невозможно из-за длинной цепочки транзитных платежей (пять-семь уровней) между конечными операциями (по обналу или выводу денег за рубеж) и реальными бенефициарами этих операций, говорят в ЦБ. Теперь в результате принимаемых мер по очищению финансового рынка от недобросовестных игроков число уровней сократилось до одного-трех. Достижение этого исторического минимума и позволило сформировать указанные оценки, подчеркнули в Центробанке. Регулятор с 2015 года ежегодно публиковал структуру сомнительных операций в банковском секторе, к которым относятся обналичивание средств, вывод денег за рубеж и транзитные операции повышенного риска, которые зачастую предшествуют обналу и выводу денег. Все секторы экономики пользуются одним набором теневых финансовых услуг. Различий между ними нет, утверждает представитель ЦБ, — одни и те же выгодоприобретатели могут использовать для обналичивания как банковские продукты (платежные карты), так и покупать наличную выручку у торговой розницы. «Как правило, одновременно используется и то и другое», — отметили в ЦБ. Три кита теневого рынка Строительный сектор всегда был самым крупным потребителем наличных средств, говорит партнер юридической фирмы «Рустам Курмаев и партнеры» Дмитрий Клеточкин. Это связано с тем, что в строительстве наиболее широко используется низкоквалифицированный труд, в том числе неофициально привлекаются трудовые мигранты. Кроме того, ни для кого не секрет, что строительная отрасль — одна из самых коррупционогенных, особенно земляные работы на нулевом цикле строительства, указывает профессор Высшей школы экономики Юлий Нисневич. «Никто никогда не может точно определить, сколько из поставленных на стройку материалов использовали, а сколько списали на «усушку и утруску», — поясняет эксперт. Завысить объемы работ, купить более дешевые стройматериалы и «закопать» их — стандартные схемы мошенничества на стройке, поддерживает эту точку зрения партнер компании «Deloitte Форензик» Алина Попадюк, отмечая, что часто используемый строителями аргумент об уникальности объекта затрудняет проверку расходов и выявление расхождений. Кроме того, заказчик, мало понимающий в стройке, обычно идет на поводу у строительной фирмы, поскольку «неспециалист не знает, 300 или 800 л краски ушло на стену, два или пять дней потребовалось, чтобы поставить перегородку, дорогая немецкая проводка использовалась или дешевая китайская», — перечисляет Попадюк. Торговля же держит пальму первенства по приданию незаконно полученным средствам, в основном наличным, вида законных поступлений, отмечает руководитель практики финансовых расследований и противодействия коррупции компании ФБК Александр Сотов, отмечая, что торгово-розничные компании на легальной основе работают с большими объемами наличных. Зачастую люди, имеющие преступный заработок в наличных, одновременно являются предпринимателями и владеют торговыми точками, обрисовывает распространенную схему легализации преступных доходов эксперт. В эти торговые точки вносятся наличные в виде платы за какой-то товар, который на самом деле существует только в контракте. В результате эти деньги становятся вполне легальными и даже могут проводиться через кассу, объясняет Сотов. Сектор «услуги» так тесно связан с обналичкой, поскольку сами оказанные услуги нематериальны, говорит Дмитрий Клеточкин. Проконтролировать, была оказана консультация или нет, сколько стоила разработка дизайна чего-либо, невозможно. Это открывает широкий простор для финансовых махинаций, отмечает он. Объемы теневого рынка падают Согласно данным ЦБ, за последние четыре года объемы сомнительных операций в российском финансовом секторе последовательно снижаются. Если по итогам 2015 года регулятор оценивал рынок обналичивания в 600 млрд руб., то в 2017 году — в 326 млрд. В первом полугодии 2018 года объемы обнала сократились еще в 1,8 раза (к первому полугодию прошлого года) — до 100 млрд руб., уточнили в ЦБ. Еще резче падали объемы вывода средств за рубеж: с 2015 года в пять раз — до 96 млрд руб. по итогам 2017 года. За первую же половину текущего года за рубеж нелегально вывели 35 млрд руб. 95% операций по обналичиванию средств стабильно приходится на выдачу со счетов физических и юридических лиц, следует из статистики регулятора. В первом полугодии на физических лиц пришлось 53% от общего объема операций, а на юридических — 42%. Среди так называемых транзитных операций, которые способствуют обналу и выводу денег за рубеж, самыми популярными являются продажа наличности торговыми компаниями (45% всех транзитных операций), обналичка через счета и карты физических лиц (34%) и продажа наличности через туристические компании (8%). Меры ЦБ по борьбе с обналичиванием средств привели к тому, что эти операции стали нерентабельными. Ставки на обналичку выросли с 3% в 2013 году до 17% в настоящее время, говорил в феврале зампред ЦБ Дмитрий Скобелкин. Активные действия Центробанка и налоговых органов в последние несколько лет практически исключили для «теневых финансистов» возможность получения наличных денег в большом объеме через старые методы обнала, говорит Клеточкин. Теперь они вынуждены покупать такие наличные у организаций, взаимодействующих с физлицами. «Естественно, покупать наличные удобнее в больших объемах, а большие объемы появляются у туристических агентств, автосалонов и так далее», — отмечает юрист. К примеру, некий абстрактный автосалон, продавая автомобиль за наличные, имеет возможность реализовать потом и эти наличные за 2–3%. Если добавить к этому тот факт, что банк за обработку платежа по карте удержит те же 2–3%, в сумме выгода для автосалона получается значимой, особенно с учетом того, что для получения выгоды делать ничего не надо, резюмирует Клеточкин. В то же время эксперты не готовы сказать, насколько приводимые ЦБ обороты отражают реальную ситуацию на рынке теневых финансовых услуг. Методика ЦБ по их расчету не обнародована, поэтому сложно сказать, в какой степени она основана на конкретных выявленных нарушениях, а в какой — на экспертных оценках, говорит партнер FMG Group Михаил Фаткин. При отсутствии методики расчета и получения данных по выводу и обналу невозможно однозначно сказать, что показатели объективно отражают реальность, соглашается Александр Сотов. Источник: РБК

ЦБ впервые раскрыл данные о том, какие отрасли российской экономики являются основными клиентами теневого финансового рынка. По трети объема приходится на строительство и оптово-розничную торговлю, еще четверть — у сектора услуг
По итогам первого полугодия 2018 года в лидерах среди потребителей теневых услуг оказались строительная отрасль с долей 30% и оптово-розничная торговля с долей 33%. Основную часть спроса в торговле формирует сектор строительных и промышленных товаров (20% от общего объема спроса), на торговлю товарами народного потребления приходится меньше 13%. Ощутимую долю занимает и сектор услуг: услуги (кроме логистики) — 21% рынка, логистические услуги — еще 6%.
К теневым финансовым услугам ЦБ относит «операции, направленные в конечном счете на обналичивание денежных средств либо их вывод за рубеж по фиктивным основаниям в целях ухода от уплаты налогов, легализации преступных доходов и в коррупционных целях», пояснили РБК в пресс-службе регулятора.
Что прежде мешало ЦБ отслеживать отраслевую структуру
Раньше ЦБ не оценивал, как распределялись доли потребителей теневых финансовых услуг. Это было практически невозможно из-за длинной цепочки транзитных платежей (пять-семь уровней) между конечными операциями (по обналу или выводу денег за рубеж) и реальными бенефициарами этих операций, говорят в ЦБ. Теперь в результате принимаемых мер по очищению финансового рынка от недобросовестных игроков число уровней сократилось до одного-трех. Достижение этого исторического минимума и позволило сформировать указанные оценки, подчеркнули в Центробанке.
Регулятор с 2015 года ежегодно публиковал структуру сомнительных операций в банковском секторе, к которым относятся обналичивание средств, вывод денег за рубеж и транзитные операции повышенного риска, которые зачастую предшествуют обналу и выводу денег.
Все секторы экономики пользуются одним набором теневых финансовых услуг. Различий между ними нет, утверждает представитель ЦБ, — одни и те же выгодоприобретатели могут использовать для обналичивания как банковские продукты (платежные карты), так и покупать наличную выручку у торговой розницы. «Как правило, одновременно используется и то и другое», — отметили в ЦБ.
Три кита теневого рынка
Строительный сектор всегда был самым крупным потребителем наличных средств, говорит партнер юридической фирмы «Рустам Курмаев и партнеры» Дмитрий Клеточкин. Это связано с тем, что в строительстве наиболее широко используется низкоквалифицированный труд, в том числе неофициально привлекаются трудовые мигранты. Кроме того, ни для кого не секрет, что строительная отрасль — одна из самых коррупционогенных, особенно земляные работы на нулевом цикле строительства, указывает профессор Высшей школы экономики Юлий Нисневич. «Никто никогда не может точно определить, сколько из поставленных на стройку материалов использовали, а сколько списали на «усушку и утруску», — поясняет эксперт.
Завысить объемы работ, купить более дешевые стройматериалы и «закопать» их — стандартные схемы мошенничества на стройке, поддерживает эту точку зрения партнер компании «Deloitte Форензик» Алина Попадюк, отмечая, что часто используемый строителями аргумент об уникальности объекта затрудняет проверку расходов и выявление расхождений. Кроме того, заказчик, мало понимающий в стройке, обычно идет на поводу у строительной фирмы, поскольку «неспециалист не знает, 300 или 800 л краски ушло на стену, два или пять дней потребовалось, чтобы поставить перегородку, дорогая немецкая проводка использовалась или дешевая китайская», — перечисляет Попадюк.
Торговля же держит пальму первенства по приданию незаконно полученным средствам, в основном наличным, вида законных поступлений, отмечает руководитель практики финансовых расследований и противодействия коррупции компании ФБК Александр Сотов, отмечая, что торгово-розничные компании на легальной основе работают с большими объемами наличных. Зачастую люди, имеющие преступный заработок в наличных, одновременно являются предпринимателями и владеют торговыми точками, обрисовывает распространенную схему легализации преступных доходов эксперт. В эти торговые точки вносятся наличные в виде платы за какой-то товар, который на самом деле существует только в контракте. В результате эти деньги становятся вполне легальными и даже могут проводиться через кассу, объясняет Сотов.
Сектор «услуги» так тесно связан с обналичкой, поскольку сами оказанные услуги нематериальны, говорит Дмитрий Клеточкин. Проконтролировать, была оказана консультация или нет, сколько стоила разработка дизайна чего-либо, невозможно. Это открывает широкий простор для финансовых махинаций, отмечает он.
Объемы теневого рынка падают
Согласно данным ЦБ, за последние четыре года объемы сомнительных операций в российском финансовом секторе последовательно снижаются. Если по итогам 2015 года регулятор оценивал рынок обналичивания в 600 млрд руб., то в 2017 году — в 326 млрд. В первом полугодии 2018 года объемы обнала сократились еще в 1,8 раза (к первому полугодию прошлого года) — до 100 млрд руб., уточнили в ЦБ. Еще резче падали объемы вывода средств за рубеж: с 2015 года в пять раз — до 96 млрд руб. по итогам 2017 года. За первую же половину текущего года за рубеж нелегально вывели 35 млрд руб.
95% операций по обналичиванию средств стабильно приходится на выдачу со счетов физических и юридических лиц, следует из статистики регулятора. В первом полугодии на физических лиц пришлось 53% от общего объема операций, а на юридических — 42%. Среди так называемых транзитных операций, которые способствуют обналу и выводу денег за рубеж, самыми популярными являются продажа наличности торговыми компаниями (45% всех транзитных операций), обналичка через счета и карты физических лиц (34%) и продажа наличности через туристические компании (8%).
Меры ЦБ по борьбе с обналичиванием средств привели к тому, что эти операции стали нерентабельными. Ставки на обналичку выросли с 3% в 2013 году до 17% в настоящее время, говорил в феврале зампред ЦБ Дмитрий Скобелкин.
Активные действия Центробанка и налоговых органов в последние несколько лет практически исключили для «теневых финансистов» возможность получения наличных денег в большом объеме через старые методы обнала, говорит Клеточкин. Теперь они вынуждены покупать такие наличные у организаций, взаимодействующих с физлицами. «Естественно, покупать наличные удобнее в больших объемах, а большие объемы появляются у туристических агентств, автосалонов и так далее», — отмечает юрист. К примеру, некий абстрактный автосалон, продавая автомобиль за наличные, имеет возможность реализовать потом и эти наличные за 2–3%. Если добавить к этому тот факт, что банк за обработку платежа по карте удержит те же 2–3%, в сумме выгода для автосалона получается значимой, особенно с учетом того, что для получения выгоды делать ничего не надо, резюмирует Клеточкин.
В то же время эксперты не готовы сказать, насколько приводимые ЦБ обороты отражают реальную ситуацию на рынке теневых финансовых услуг. Методика ЦБ по их расчету не обнародована, поэтому сложно сказать, в какой степени она основана на конкретных выявленных нарушениях, а в какой — на экспертных оценках, говорит партнер FMG Group Михаил Фаткин. При отсутствии методики расчета и получения данных по выводу и обналу невозможно однозначно сказать, что показатели объективно отражают реальность, соглашается Александр Сотов.
 
Источник: РБК